Сегодня мы понаблюдаем за существом редким, нервным и крайне изменчивым - приоритетом корпоративным, обыкновенным.
В теории приоритет нужен, чтобы выбрать главное и отказаться от остального. В крупной организации он обычно выполняет другую функцию: сообщает в каком порядке надо тревожиться.
Самый распространенный вид - приоритет высокий. Его ставят почти всему, что не хочется потерять из виду. Через некоторое время высокий приоритет перестает что-либо означать, потому что вокруг всё высокое. Это как если бы в лесу все животные одновременно стали главными хищниками. Формально страшно, практически непонятно, от кого бежать первым, проще затаиться и не дергаться.
Когда и это перестает работать, появляется максимальный приоритет. Потом критический. Потом сверхкритический. А затем кто-нибудь пишет в чатике: «Коллеги, это правда очень важно».
Есть приоритет стратегический. Он может не иметь понятного результата, срока и владельца, но трогать его нельзя, потому что он стратегический. Чем хуже понятно, что с ним делать, тем осторожнее вокруг него ходят.
Есть приоритет «от руководства». Никто до конца не знает, от какого именно. Может быть, от непосредственного. Может быть, от очень большого, которое вообще не в курсе происходящего. Проверять не хочется, поэтому такой приоритет спокойно питается страхом и существует.
Встречается приоритет плавающий. После каждого большого совещания задачи мигрируют стаями, меняются местами и иногда сбивают с ног целые отделы.
Приоритеты редко размножаются от ясности. Чаще - от неспособности выбрать. Там, где нужно было сказать «это делаем, а это нет», появляются два высоких приоритета. Там, где ресурсов не хватает, рождается фраза: «нужно просто правильно распределить нагрузку».
Настоящий приоритет - это всегда отказ. Если приоритетов пять, значит, приоритета нет. Если десять задач объявлены главными, организация не научилась делать больше, она разучилась говорить нет несущественному сейчас.
А теперь прячемся. Кажется, только что родился новый «самый главный приоритет», вон даже слоны забегали.
#зоопарк
В теории приоритет нужен, чтобы выбрать главное и отказаться от остального. В крупной организации он обычно выполняет другую функцию: сообщает в каком порядке надо тревожиться.
Самый распространенный вид - приоритет высокий. Его ставят почти всему, что не хочется потерять из виду. Через некоторое время высокий приоритет перестает что-либо означать, потому что вокруг всё высокое. Это как если бы в лесу все животные одновременно стали главными хищниками. Формально страшно, практически непонятно, от кого бежать первым, проще затаиться и не дергаться.
Когда и это перестает работать, появляется максимальный приоритет. Потом критический. Потом сверхкритический. А затем кто-нибудь пишет в чатике: «Коллеги, это правда очень важно».
Есть приоритет стратегический. Он может не иметь понятного результата, срока и владельца, но трогать его нельзя, потому что он стратегический. Чем хуже понятно, что с ним делать, тем осторожнее вокруг него ходят.
Есть приоритет «от руководства». Никто до конца не знает, от какого именно. Может быть, от непосредственного. Может быть, от очень большого, которое вообще не в курсе происходящего. Проверять не хочется, поэтому такой приоритет спокойно питается страхом и существует.
Встречается приоритет плавающий. После каждого большого совещания задачи мигрируют стаями, меняются местами и иногда сбивают с ног целые отделы.
Приоритеты редко размножаются от ясности. Чаще - от неспособности выбрать. Там, где нужно было сказать «это делаем, а это нет», появляются два высоких приоритета. Там, где ресурсов не хватает, рождается фраза: «нужно просто правильно распределить нагрузку».
Настоящий приоритет - это всегда отказ. Если приоритетов пять, значит, приоритета нет. Если десять задач объявлены главными, организация не научилась делать больше, она разучилась говорить нет несущественному сейчас.
А теперь прячемся. Кажется, только что родился новый «самый главный приоритет», вон даже слоны забегали.
#зоопарк